четверг, 22 августа 2013 г.

1 Государство (кит.) 2 Девушка (кит.) 3 Преступление! (кит.) 4 Мудак (кит) 5 Гунян — девица (кит.) 6 Хуи на рыло! (кит.) 7 «Гоцзе» (Государственная граница) — китайская 4-D игра, ставшая популярной в Новой России после известных событий ноября 2027 года. 8 Меч (кит.) 9 Умница (кит.)

Моё мобило будит меня:

Отхлебнув чаю с малиной, просматриваю новости: на северо-кавказском участке Южной Стены опять воровство приказных и земских, дальневосточная Труба так и будет перекрыта до челобитной от японцев, китайцы расширяют поселения в Красноярске и Новосибирске, суд над менялами из Уральского казначейства продолжается, татары строят к Юбилею Государя умный дворец, мозгляки из Лекарской академии завершают работы над геном старения, Муромские гусляры дадут два концерта в Белокаменной, граф Трифон Багратионович Голицын побил свою молодую жену, в январе в Свято-Петрограде на Сенной пороть не будут, рубль к юаню укрепился еще на полкопейки.

Иду в прихожую, гляжу на часы: 8.03. Время терпит

Сворачиваю на Первый Успенский тракт.

В Успенском соборе, как всегда, темно, тепло и торжественно. 

Трапеза сегодня будничная, в Белой палате.
Сидим за столами длинными, дубовыми, непокрытыми. Подают слуги квас сухарный, щи суточные, хлеб ржаной, говядину разварную с луком да кашу гречневую. Едим, о планах негромко переговариваемся. Покачиваются колокольцы наши беззвучные. У каждого крыла опричного планы свои: кто в Тайном Приказе сегодня занят, кто в Умном, кто в Посольском, кто в Торговом. У меня нынче три дела.
Первое — с шутами-скоморохами разобраться, утвердить новый номер концерта праздничного.
Второе — погасить звезду. Третье — слетать к ясновидящей Прасковье Тобольской с поручением.

— Да, Государь. Понял. Сию минуту будем, Государь.

граф Андрей Владимирович Урусов, зять государев, профессор судейского права, действительный академик Российской Академии наук, почетный председатель Умной палаты, председатель Всероссийского конного общества, председатель общества содействия воздухоплаванию, председатель общества русского кулачного боя, товарищ председателя Восточного казначейства, владелец Южного порта, владелец Измайловского и Донского рынков, владелец строительного товарищества «Московский подрядчик», владелец предприятия «Московский кирпич», совладелец Западной железной дороги. А намек на Малахитовый зал тоже понятен: новое это помещение, под Кремлевским залом концертным отстроенное для отдыха Внутреннего Круга и приближенных. Новое, а поэтому — модное. 

Кремлевский зал концертный всегда у меня восторг вызывал.Тут и татарский плавный танец, и казацкая лихая круговерть с шашками наголо, и тамбовская лубяная кадриль под тальянку, и нижегородский лыковый перепляс с трещотками-свистульками, и чеченская круговая с гиканьем-уханьем, и якутские бубны, и чукотские песцовые меха, и карякские олени, и калмыкские бараны, и еврейские сюртуки и — русская, русская, русская пляска до упаду, пляска лихая, задорная, всех объединяющая-примиряющая.

Андрей Данилович, я не блядь. Я — Ульяна Сергеевна Козлова.


— Андрей Данилович, — в окно она протягивает мне пластиковый пакет из китайской закусочной. — Деньги будут до 18.00. Я позвоню.

Траву,правда, продают токмо после 17.00. 

Мда. Оренбург. Это значит — Дорога. А с Дорогой не шутят. За нее биться надобно до крови. Звоню «добромольцам», даю отбой до вечера:

— Ваш самолет вылетает через двадцать одну минуту. Стоимость билета — 12 рублей. Время в полете — пятьдесят минут. Как предпочитаете заплатить?

— А? — подмигивает Потроха. — Не пожалеешь. Лучше ваших московских. Девственницы вечные.
Смотрю на часы: 15.00.

ечер. Снег идет. Едет «мерин» мой по Москве. Держу я руль, а в кулаке золотой сжимаю. Жжет он мне ладонь, словно уголек. То не плата, то подарок. 

Гляжу на часы: 21.42.
Нынче понедельник, в 21.00 трапеза опричнаяначалась. Опоздал. Ну, да не страшно. 

Славно! Усталость как рукой сняло. Банька! Гляжу на часы — 23.12. 

— Приходный.
Еще дни опричные бывают: праздничный, богатый, горячий, расходный, ущербный и кислый.

— Вот и попарились. Наверх! Все — наверх!

Пробили часы напольные 2.30. Сидим в изразцовой гостиной. 

Подносит ковш с белым квасом. Осушаю. В изнеможении откидываюсь на подушки. Теперь главное — рыгнуть. Рыгаю. Сразу легче становится:
— Который час?
— Половина пятого.